Александр Демидов («Новые платформы»): «Нейросети в деле, это отражается на развитии отрасли радиоэлектроники»

— Александр, первый вопрос. В развитии ИИ участвуют все сегменты ИТ, от безопасности до инфраструктурных инженеров. Какую роль играет в этой индустрии радиоэлектроника?

— Очень приятно, что вы правильно различаете микроэлектронику и радиоэлектронику! Как верно замечено, в развитии ИИ участвуют все.

И без радиоэлектроники здесь не обойтись: чтобы всем известные ускорители работали, их нужно где-то размещать — и за это уже отвечаем мы, радиоэлектронщики, те, кто разрабатывает и производит ИИ-серверы. Если мы не сделаем ИИ-сервер, который подходит для реализации высоконагрузочных вычислений и обеспечивает питанием те самые ускорители, то любая ИИ-модель будет летать «низенько-низенько». Так что — без нас никуда.

Наша задача — также обеспечить быструю и уверенную связь между ускорителями и производительными процессорами, чтобы не было узких мест в решении, и суметь отвести все тепло, а речь идет о значениях порядка 8 кВт. При этом в домашнем компьютере в среднем потребление составляет 300-500 Вт. А двухпроцессорные серверы общего назначения потребляют около 1,2 кВт.

Менеджер по развитию бизнеса компании «Новые платформы» Александр Демидов
Фото: «Новые платформы»

Особенностью радиоэлектроники является еще и то, что фактически все потребление преобразуется в тепло, которое и необходимо отвести из корпуса, чтобы устройство могло стабильно и надежно работать длительное время.

При этом хочу заметить, что не только мы помогаем ИИ, но и ИИ активно помогает нам, ускоряя разработку и выход новых решений на рынок путем помощи в поиске решений имеющихся задач, стоящих перед созданием нового устройства.

— Насколько партнерство с ИИ-индустрией помогает двигать отрасль в мире и в России в частности?

— Вопрос очень сложный для ответа, так как он комплексный. Давайте разобьем его на части. Первая часть – техническая. Как я говорил при ответе на прошлый вопрос, ИИ заметно помогает при разработке, ускоряя ее, то есть растет производительность сотрудников, что повышает качество продукции и даже немного снижает проблему нехватки компетентных кадров.

А вот вторая часть — это часть финансовая. Здесь ИИ подложил всей радиоэлектронике большую «мину», когда, высосав все чипы оперативной памяти для своих нужд, он тем самым увеличил цены более чем на 1000 %.

Это в итоге привело к остановке многих тендеров и инвестиций в разработку, так как затраты сильно выросли, и это дало либо отмену новых разработок в связи с крайне выросшими расходами, либо удлинило разработку, так как в достаточном количестве образцов изготовить уже нет возможности.

Но при этом ИИ дал новое направление, а значит, и новый рынок и возможность на этом рынке заработать.

— Что вообще сейчас двигает рынок радиоэлектроники? Какие факторы могут помочь рынку, а какие его ограничивают?

— Знаете, практически всегда в бизнесе, когда мы о чем-либо говорим, мы говорим про деньги. Так и сейчас. Что двигает рынок — деньги, а если детальнее, то платежеспособный спрос, но здесь есть несколько проблем. Первая — это рост цен на оперативную память и диски, а вторая — сокращение бюджетов. Ведь в большинстве своем российская радиоэлектроника — это продукт для государственного или около государственного заказчика. А если спрос сужается, то и рынок радиоэлектроники сужается. И поэтому главным драйвером для развития рынка является спрос. Например, наша компания развивается без привлечения заемных средств. Возможность разработать новое устройство или открыть направление и выйти на новый для нас рынок есть. Ограничивает именно то, что без реального проекта и клиента, учитывая сжатие рынка и стоимость денег, мы не хотим проесть все наработанное в прошлые годы и потом обанкротиться, положив на склад оборудование, которое не купит никто, так как у них нет денег.

Так что, когда мы говорим про бизнес, мы всегда говорим про деньги.

— Применяется ли ИИ внутри самой отрасли: в смежных процессах, в производстве или других составляющих бизнеса?

— Рынок радиоэлектроники очень различен. Если речь идет о чисто коммерческом сегменте, то, конечно, можно применять ИИ, включая облачные решения. Они будут помогать писать код для встроенного ПО, находить ошибки в схеме и возможные причины неисправностей. Кроме того, подготовка стендов для тестирования тоже может осуществляться с использованием ИИ, а также анализ результатов тестирования. Но при этом остается открытым вопрос о том, что фактически ты кому-то без соглашения о неразглашении передаешь «чувствительную» информацию.

А есть около оборонная радиоэлектроника, где применение ИИ в разработке уже сложно осуществимо. Только если ИИ-модель поднята во внутреннем контуре компании и не имеет доступа к Интернету.

— Какие технологии в целом определяют «облик» отрасли?

— Наверное, сейчас многим стали интересны более высокоскоростные решения в компактных корпусах для низкого ценового диапазона, а также мощные производительные решения, которым еще не было альтернативы от российских производителей.

Но цены на оперативную память внесли большую сумятицу в бизнес — если раньше стоимость памяти была непринципиальна в ценообразовании, то сейчас она может занимать более 50 % от стоимости устройства. И когда изделия отличаются по цене лишь на считанные проценты, а по производительности — существенно, клиент, скорее всего, выберет более мощное решение: оно ненамного дороже, зато при необходимости позволит нарастить объем памяти и диска, получив продукт, полностью закрывающий его задачи.

— Если давать прогнозы развития отрасли, что будет определять ее движение в ближайшее время?

— Естественно, бум ИИ никого стороной не обходит. Это направление интересно многим, но оно очень капиталоемко, а учитывая сильную закредитованность участников рынка, осилить его дано не всем.

Разумеется, будут расти и проекты, которые делаются с помощью ИИ, а то и вовсе только силами ИИ. Это будет одновременно и снижать, и повышать качество проектов. Ведь ИИ — это инструмент, который в умелых руках может много создать «доброго и вечного», а без контроля – «натворить бед».

Также, учитывая, что наша отрасль одна из самых активных в вопросе необходимости достижения технологического суверенитета, это накладывает свои особенности нашего пути развития.

Нужно вкладывать большие средства в новые разработки, а также стимулировать спрос на них. Но средства для этого есть далеко не у всех, поэтому те, кто в свое время смогли развиваться за свои средства и имеют финансовую подушку, сейчас будут иметь шанс сделать рывок в развитии и догнать компании, находящиеся в авангарде.

Но тенденция к снижению конкуренции, укрупнению игроков и повышению стоимости входа на рынок остается неумолима.

— Какой идеальный сценарий отрасли возможен с учетом сохранения всех текущих обстоятельств?

— Сейчас у бизнеса откровенно заметна настороженность в использовании государственных субсидий на выпуск новых продуктов, поскольку самым сложным остается корректно спрогнозировать коммерческую составляющую проекта — прежде всего количество и объёмы продаж. Особенно остро этот вопрос встал для компаний, которые под субсидию взялись разработать изделие на отечественном процессоре, который должен был стать обязательным. Но санкции все изменили – регуляторику поправили, и отечественные процессоры перестали быть обязательными по причине их физического отсутствия. И это привело к тому, что даже сейчас, когда процессоры стали появляться в каких-то товарных объемах, изделия на базе данных процессоров уже не обязательны к покупке, так как требования об обязательности российского процессора в устройствах отсутствуют. А компании, которые планировали покупать такое оборудование, отказались от его приобретения.

Сейчас есть надежда, что с резким ростом стоимости нефти, а значит, пополнением бюджета и ФНБ, будет возможность у Правительства возобновить бюджетный стимул развития отрасли, который мы видели в 20-м и 22-м годах. Плюс деньги появятся у крупнейших потребителей оборудования, которые и получают сейчас основные преференции от геополитической обстановки.

В этом случае появится возможность вновь выйти на рост выпуска продукции, выручки и прибыли у компаний, задействованных в нашей сфере. Это, в свою очередь, позволит как снизить закредитованность, так и сформировать ресурсы для дальнейшего развития.

— Большое спасибо за беседу!