Летний шейк с осенним привкусом: как Т1 открыл деловой сезон

ИТ-холдинг Т1 ведет свою историю с 1992 года, в штате компании более 26 тысяч сотрудников, а выручка за 2025 год составила 211 млрд рублей. Согласно различным рейтингам, это не только одна из крупнейших игроков ИТ-рынка в стране, но и лидер по прибыльности. Поэтому прогнозы, которые звучали со сцены, — это не отвлеченная футурология, а объективный взгляд непосредственного участника описываемых процессов.

Год терпения

Как утверждается в недавнем исследовании Т1, по итогам 2026 года эксперты ожидают сохранения низкой динамики ИТ-рынка: на уровне 4%, с постепенным ускорением до 10% и более к 2028 году. Средний прирост отрасли на горизонте 2025-2028 годов оценивается в 8%, а в 2029-2030 годах может ускориться до 13%. Главные причины сдержанных результатов 2026 года — ухудшение макроэкономических прогнозов и усиление общей стагнации рынка.

Но «средняя температура по больнице» дает только поверхностную картину: всегда более интересно глубокое погружение в детали. Внутри рынка расслоение идет вполне отчетливо: «Информационная безопасность растет быстрее рынка, тогда как традиционное прикладное ПО и ИТ-услуги замедляются», — отметил Александр Фролов, руководитель управления бизнес-аналитики департамента стратегии ИТ-холдинга Т1. По его словам, фокус смещается на инфраструктурные решения: программно-аппаратные комплексы, облака, ИИ и кибербезопасность, а в приоритете оказываются отраслевые решения, требующие глубоких компетенций: в финтехе, промышленности, ритейле.

Скорость развития разных направлений инфраструктурного сегмента в 2025-2028 годах, по оценке Т1, тоже будет разной. Быстрее всего будет прибавлять ИИ-оборудование — CAGR 19%. Следом идут программно-аппаратные комплексы с CAGR 14%, инфраструктурное ПО — 9%, инфраструктурное оборудование без учета ИИ — 4%, услуги по системной интеграции — скромные 3%. Отдельная история — с классическим ИТ-оборудованием без ИИ: в 2026 году это направление продолжит снижение (минус 3%), но, по прогнозам экспертов, может восстановить позиции в 2028-2030 годах. А вот спрос на доверенные программно-аппаратные комплексы, наоборот, способен еще более усилиться на фоне запроса на комплексные решения. Причем рынок ПАК остается фрагментированным, и это, как подчеркивают в Т1, создает возможности для появление на рынке новых сильных игроков. Смысл этого посыла прозрачный: ниша еще не окончательно поделена, окно открыто.

Исследование Т1 охватывает и сферу данных: сегмент управления данными в 2026 году может замедлиться на фоне общей стагнации ИТ-бюджетов, но с 2027–2028 годов вернуться к позитивной динамике за счет перехода бизнеса на lakehouse-платформы, которые сокращают потребность в вычислительных мощностях и инвестиционную нагрузку.

Наконец, внутри бюджетов на ИИ идет активное перераспределение от традиционных ИИ-проектов к проектам на основе генеративного ИИ. Доля расходов на GenAI в ИТ-бюджетах выросла с 3,5% в 2025 году до 4,2% в 2026.

Гости московского офиса Т1
Фото: пресс-служба T1

После оглашения результатов исследования эксперты ИТ-холдинга поделились мнениями о развитии рынка.

ИИ, который считается не по хайпу, а по трудозатратам

Доклад Сергея Голицына, руководителя направления «Искусственный интеллект», был анонсирован как разговор «про некие мозги» — и в этом было больше точности, чем кажется.

Ключевое различие, вокруг которого строилось выступление, — между традиционным и генеративным ИИ. Традиционные модели обучаются на размеченных примерах под одну узкую задачу: выдать числовую оценку, найти объект в кадре, поставить метку. Генеративные опираются на огромные базовые нейросети, обученные на терабайтах неструктурированной информации, и умеют писать тексты, создавать изображения, синтезировать голос и генерировать новые идеи с нуля по запросу пользователя. Разница не терминологическая, а бюджетная: именно поэтому доля GenAI в ИТ-бюджетах растет, а «классических» ИИ-проектов — снижается.

Самой сильной частью доклада оказались два примера — причем внутренних, а не «витринных». Оба они относятся к HR-функции самого ИТ-холдинга: кадровой службе удалось сократить время подбора кандидата с помощью ИИ примерно в пятьдесят раз, а платформа ИИ-анализа для HR сократила трудозатраты на верификацию документов на 70%.

Руководитель направления «Искусственный интеллект» ИТ-холдинга Т1 Сергей Голицын
Фото: пресс-служба Т1

Да, поначалу пятидесятикратное ускорение звучит как маркетинговая гипербола, однако стоит понимать, что речь здесь идет не о найме как таковом, а о поиске нужного человека внутри компании, где работают более 26 тысяч сотрудников. Это тот класс задач, где генеративные модели действительно сильны: разбор неструктурированного текста, сопоставление описаний, ранжирование. И, что важно, компания обкатывает технологию на себе, прежде чем продавать ее рынку.

Облачный рынок: дефицит площадок и погода

Антон Степанов, лидер направления «Облако», озвучил общий долгосрочный тренд на рост облачного рынка, в формировании которого важную роль играет Т1 Облако. В то же время конкретно в 2026 году динамика роста сегмента несколько замедлится: примерно до 20%. Причины при этом абсолютно материальные: снижение расходов на оборудование, дефицит площадок и приостановка части проектов по строительству новых центров обработки данных.

Это не парадокс. По словам Антона Степанова, если 20% роста для любой другой отрасли — праздник, то для облаков — торможение. И замедляется рынок не из-за падения спроса, а из-за физических ограничений: не хватает площадей, где можно поставить стойки. Облако, которое в презентациях выглядит абстракцией, упирается в бетон, электричество и сроки строительства.

Параллельно этому тренду растет спрос на облачные сервисы для ИИ: сегмент GPUaaS будет прибавлять с CAGR 36% до 2028 года. То есть дефицит мощностей не «убивает» облако, а перенаправляет его в сторону вычислений для моделей. Кто не может построить собственный ЦОД, арендует видеокарты — и делает это всё активнее. Логика простая: если каждая вторая компания сейчас пробует генеративный ИИ, ей нужны GPU, а покупать их в собственность готовы далеко не все.

Технологии, которые можно потрогать руками

Тему роботизации представил Дмитрий Кайнов, старший руководитель направления роботизации Центра развития технологий. По его словам, это направление на российском ИТ-рынке пока находится в своеобразном состоянии: интерес заказчиков есть, компетенции набираются, а продуктовые контуры еще не очерчены.

Журналистов интересовала конкретика: если Т1 будет развивать роботов, то это будут собственные платформы или софт на базе уже существующих? Ответ был откровенно уклончивым, однако честным. Спикер сказал, что пока не может это анонсировать, но зафиксировал главное: направление холдингу интересно и работа в нем уже началась. Компания знает, кем востребованы такие решения, но конкретные анонсы будут тогда, когда станет понятно, «на чем и как».

Для рынка это довольно типичная стадия. Компетенция всегда набирается раньше, чем появляется стратегия, и отсутствие анонса здесь говорит не о нерешительности, а о том, что окончательное решение еще не принято. На фоне статистики исследования, согласно которой в 2026 году ИИ-оборудование растет на 19% в год, а классическое «железо» уходит в минус на 3%, попытка нащупать собственную нишу в физическом слое выглядит вполне рациональной: именно там, где софт встречается с «железом», у рынка сейчас самая высокая динамика.

Разработка и ИИ: смена приоритетов

За ИИ, облаками и железом стоят люди, разработчики. Финальный доклад Андрея Гулидина, заместителя генерального директора по выделенным центрам разработки ИТ-холдинга Т1, был посвящен текущему состоянию процесса разработки: что она представляет собой сегодня, какой будет завтра и есть ли там вообще место человеку.

Первый же тренд, который Андрей Гулидин назвал среди наблюдаемых у заказчиков, прозвучал как «удар по столу»: деньги заканчиваются. После получаса разговоров про CAGR и перспективы 2028 года эта фраза вернула аудиторию в 2026-й — тот самый, с 4% роста и стагнирующими бюджетами.

Дальше был тезис, ради которого, кажется, всё и затевалось. Долгие годы считалось, что самый крутой разработчик — тот, кто знает больше всего языков. Эта ценность, по словам Гулидина, теряется. Ноу-хау перемещается в другое место: в то самое окружение, каркас, который описывает процесс разработки конкретного программного обеспечения. Ценность смещается от индивидуального владения синтаксисом к умению выстроить процесс, в котором модели работают предсказуемо и с гарантированным качеством.

И тут появилась цифра, которая, по признанию самого спикера, его пугает: три-шесть месяцев. Оценки, впрочем, расходятся: кто-то говорит и про шесть-двенадцать месяцев. Но сходятся все на одном: к концу 2027 года те, кто не пройдет эту «долину смерти», сильно отстанут. А те, кто пройдёт и сумеет обеспечить качество поставляемой продукции по новой модели, поведут рынок за собой и смогут двигаться дальше с фантастической скоростью и эффективностью.

Ключевое слово здесь — качество. Андрей Гулидин не говорит, что победят те, кто быстрее внедрит ИИ. Победят те, кто сумеет в новой модели гарантировать качество результата. Это принципиально другая постановка задачи: генерировать код научились почти все, отвечать за него — почти никто.

Финальное предложение спикера звучало почти как пари: список вопросов, которые можно будет обсудить через полгода или через год, когда все встретятся снова, и проверить, насколько он был прав. А ИТ-холдинг к тому времени обещает поделиться результатами собственных наработок и исследований в области разработки ПО.

Кого не станет: неудобный вопрос про тестировщиков

Журналисты не могли не задать вопрос, который в 2026 году звучит на каждой второй ИТ-конференции: какие профессии из-за внедрения ИИ будут отмирать, какие изменятся, какие появятся? К примеру, сохранится ли профессия тестировщика ПО?

Спикер прямо сказал, что не возьмется отвечать, потому что рассудит только время. Есть два лагеря: одни утверждают, что в тестировании нет ничего принципиально сложного и его можно передать агентам, которые на основании технических заданий будут формировать тесты и постоянно «гонять» их автоматически. И такие прецеденты у компании есть: аналитики, которые пишут постановки, уже генерируют тесты, и «всё вроде бы работает».

Но здесь важен едва заметный нюанс: тесты генерирует не «нейросеть вместо тестировщика», а аналитик, который и так описывал требования. Меняется не столько профессия, сколько распределение работы между ролями — задача перетекает вверх по цепочке, к тому, кто формулирует, а не к тому, кто проверяет. Именно поэтому однозначного ответа на этот вопрос пока нет.

Что в итоге

От встречи в московском офисе Т1 осталось двойственное ощущение. С одной стороны — исследование, где 2026 год выглядит как год терпения: 4% роста, минус 3% по классическому железу, замедление облаков, стагнирующие бюджеты и обещание ускорения где-то в 2028. С другой — доклад, в котором ключевой горизонт измеряется не годами, а месяцами: три-шесть, максимум шесть-двенадцать, а к концу 2027-го рынок уже разделится на прошедших долину и отставших.

Эти две шкалы не противоречат друг другу — они про разное. Деньги в отрасли будут прибывать медленно, а технологический разрыв между компаниями — нарастать быстро. И тот, кто в «тощий год» не найдет ресурса на перестройку процессов разработки, рискует к моменту, когда рынок наконец разгонится, обнаружить себя не в числе догоняющих, а в числе тех, кому уже не догнать.

Осенний сезон, судя по всему, будет не про рывок, а про выбор направления.